"Да, я заказывал лед, но это все-таки чересчур..."
Эта самая знаменитая фраза, долетевшая до нас с гибнущего "Титаника", была сказана самым богатым человеком Америки Джоном Джекобом Астором в ответ на сообщение капитана корабля: "Нас задел айсберг, сэр. Причин для тревоги нет, и все же..."
Чем больше узнаешь о “Титанике” и его крушении, тем больше перестаешь понимать происшедшее. Воистину, если “Бог хочет наказать человека, он лишает его разума”
... В истории “Титаника” есть все: мистика и провидение, гений и злодейство, героизм и трусость, самоотверженность и преступная небрежность.
Казалось бы, об обстоятельствах "катастрофы века" известно все. Два официальных расследования, 3000 книг, независимых исследований, фильмов (первый появился всего через две недели после катастрофы) с разных ракурсов описали буквально каждое мгновение трагедии. И все же загадки остаются.
За последние 2000 лет затонул миллион кораблей. Сейчас ежегодно тонет от двухсот до трехсот судов. Так почему же именно "Титаник" мы никак не можем забыть? Крушение лайнера стало одной из самых известных катастроф в истории человечества.
14 апреля 1912 года мир еще был уверен в своих знаниях и своем всемогуществе. К исходу субботы он вспомнил о Боге и провидении. Это произошло, когда над роскошным 'Титаником”, амбициозной мечтой человечества, сомкнулись тяжелые соленые волны.
В ночь с 14 на 15 апреля в черном мраке океана человечеству был преподан страшный, но, к сожалению, так им и не усвоенный урок. Буквально в считанные часы потерпели сокрушительный крах человеческая самонадеянность, слепая вера во всемогущество техники и охранную силу больших денег... С тех пор прошло почти СТО лет, а человечество с содроганием вспоминает судьбу этого корабля. Почему же в начале двадцать первого столетия, пережив рекордное количество бедствий и потрясений и катастроф, мы по-прежнему вспоминаем гибель океанского суперлайнера "Титаник"? Возможно, ответ кроется в поражающем сочетании масштабности этого несчастья с его символичностью.
В какой-то мере образ «Титаника» стал символом гибели чего-то, что казалось могущественным и непотопляемым, символом слабости человеческой техногенной цивилизации перед силами природы.
Изучая подробности кораблекрушения, исследователи не могут избавиться от странного чувства: все происшедшее выстраивалось в бесконечную цепь абсурдных, необъяснимых и трагических недоразумений. Тысячи мелких людских оплошностей слились в одну чудовищную несуразность, так, как если бы все вокруг сознательно трудились с целью похоронить гигантский лайнер в черной атлантической глубине. Как если бы никто не должен был выжить.
Как если бы это была казнь...
14 апреля 1912 года мир еще был уверен в своих знаниях и своем всемогуществе. К исходу субботы он вспомнил о Боге и провидении. Это произошло, когда над роскошным “Титаником”, амбициозной мечтой человечества, сомкнулись тяжелые соленые волны.
“Титаник” имел на борту 1316 пассажиров и 891 члена экипажа, всего 2207 человек (то есть 38 % плановой загрузки). Из этого числа пассажиров и членов команды выжило 706. Спаслись всего 705 человек, менее трети пассажиров и членов экипажа. Из них 338 мужчин - около 20 процентов из находившихся на борту, и 316 женщин - 74 процента. Остальные спасшиеся были дети. Среди погибших были капитан Смит и радист Джек Филлипс. Создатели “Титаника” - боссы трансатлантической компании “Уайт Стар” Брюс Исмэй и лорд Джеймс Пирри - задумывали свое детище как некий ультрасовременный вызов природе, брошенный ей научно-технической революцией. Подобно Эйфелевой башне, пароход был призван продемонстрировать торжество дерзновенного человеческого разума. Он был на сто футов длиннее прежнего чемпиона Атлантики – “Лузитании”, принадлежавшей конкурирующей фирме “Кунард”, и на 1004 тонны тяжелее своего младшего брата - “Олимпика”. Приступ гигантомании овладел создателями настолько, что они построили на “Титанике” четыре трубы, хотя в действительности работало лишь три (поэтому вызывают улыбку кадры из фильмов, где и всех четырех труб “Титаника” валит дым). Четвертую приказа добавить хозяин холдинга, мультимиллионер Пирсон Морган.
О “непотопляемости” “Титаника” писали все газеты: создан: система, положившая конец многовековой борьбе человека со стихией. Даже айсберги теперь не страшны, ведь уже не в первый раз, столкнувшись со льдинами, пароходы оставались на плаву - в 1879 году это произошло с “Аризоной”, в 1879 - “Конкордией”, в 1911 году - с “Колумбией”. Все суда получили пробоины ниже ватерлинии, но ни одно не затонуло. “Титаник” был подготовлен к встрече с айсбергом гораздо лучше любого из этих пароходов! «Сам Господь не мог бы потопить этот корабль», - так говорили о «Титанике». Журнал «Шипбилдер» («Судостроитель»), описывая систему деления лайнера «Титаник» на отсеки, в 1911 году писал: «Капитан может простым нажатием электрического выключателя мгновенно закрыть все водонепроницаемые двери и сделать судно практически непотопляемым».
Вице-президент компании «Уайт Стар Лайнз» Филипп А. С., когда ему сообщили о гибели «Титаника», не поверил этому и заверил прессу: «Надежность «Титаника» абсолютно не вызывает никакого сомнения. Мы считаем, что это судно непотопляемо». «Титаник» был самым большим судном, которое когда-либо до него строилось. Великолепие убранства «Титаника» поражало воображение. Салоны в изысканных стилях, турецкие бани и бассейны, зимний сад и читальные салоны... Первый рейс “Титаника” задумывался как событие, сравнимое по масштабу с главными супершоу столетия. Билет в первом классе стоил в пересчете на сегодняшние деньги около $50.000. Сотни людей платили деньги не потому, что им нужно было Нью-Йорк. Они покупали билеты на шоу.
Они его получили. “Титаник” имел на борту 1316 пассажиров и 891 члена экипажа, всего 2207 человек. Из этого числа пассажиров и членов команды выжило 706.
...Никому и в голову не могло прийти, что подобная авария может случиться. Поэтому никто не подумал о биноклях, о качестве стали, не позаботился о том, чтобы на борту были в достаточном количестве спасательные шлюпки.
ЭТОГО ПРОСТО НЕ ДОЛЖНО БЫЛО ПРОИЗОЙТИ!
Если факты противоречат теории, тем хуже для фактов
(Гегель)
Нелепости начинаются с самого известного и очевидного факта: НЕЖЕЛАНИЯ ЗАМЕЧАТЬ ОПАСНОСТЬ ЛЕДОВОЙ СИТУАЦИИ СУДОВОДИТЕЛЯМИ “Титаника”. Чем объяснить злостное игнорирование предупреждений об опасности – трудно сказать, может, искренней верой в “непотопляемость” корабля? Так или иначе, но сообщения об аномальной ледовой обстановке по курсу стали поступать, еще когда лайнер стоял в Квинстауне. Однако с потрясающим упорством эти сообщения игнорировались капитаном и его помощниками.
Второй день плавания. Французский пароход “Ла Турень” предупреждает о встреченных им ледяных полях в районе 45° северной широты и 50°40” западной долготы.
Лайнер “Париж” сообщает о ледяном поле - на 45°09” северной широты и 49°20” западной долготы. В роковой день 14 апреля 1912 сообщения о напряженной ледовой обстановке одно догоняло другое.
09:00 - Утром 14 апреля радист Титаника” принял сообщение от лайнера “Карония”: “Идущие на запад пароходы сообщают об айсбергах, гроулерах и ледяных полях от 42° северной широты, между 49° и 51 западной долготы”. Капитан “Титаника” ответил: “Спасибо за сообщение. Погоду мы встретили разную. Смит”. В переводе с вежливо-морского это значит: “Тебя не спрашивают!” После ответа капитан отдает команду “самый полный вперед”. 13:42 - Радиограмма английского лайнера “Балтик”: “Несколько пароходов на выходе в океан встретили лед и айсберги от 49°09” до 50°20” западной долготы”.
13:45 — “Америка” сообщает о льдах в районе 41°27” северной широты, 50°8” западной долготы. 19:30 — “Калифорниэн” сообщает о льдах в районе 42°3” северной широты, 49°9” западной долготы.
21:30 — второй помощник капитана Лайтоллер предупреждает судового плотника и вахтенных в машинном отделении о том, что необходимо следить за системой пресной воды — вода в трубопроводах может замёрзнуть; он велит вперёдсмотрящим наблюдать за появлением льдов. 22:10 - “Месаба” сообщает о льдах в районе 42—41°25” северной широты, 49—50°30” западной долготы.
23:00 — “Калифорниэн” предупреждает о наличии льдов, но радист “Титаника” обрывает радиообмен раньше, чем “Калифорниэн” успевает сообщить координаты района. 23:40 — В точке с координатами 41°46” северной широты, 50°14” западной долготы (впоследствии выяснилось, что эти координаты были рассчитаны неверно) на расстоянии около 450 метров прямо по курсу был замечен айсберг. Несмотря на манёвр, через 39 секунд произошло касание подводной части судна, и корпус судна получил многочисленные мелкие пробоины на длину около 100 метров. Из 16 водонепроницаемых отсеков судна 6 были прорезаны (в шестом течь была крайне незначительна).
Титаник затонул за полтора часа...
Факты имеют тот недостаток,
что их слишком много (Сэмюэл Макчорд Кродерз)
Изучая подробности кораблекрушения, исследователи не могут избавиться от странного чувства: все происшедшее выстраивалось в бесконечную цепь абсурдных, необъяснимых и трагических недоразумений.
Дело не в феерии мистики. Дело в кошмарном, совершенно невероятном стечении того, что в просторечье называется “пофигизмом”, а в нормативной речи – безалаберностью, халатностью, безответственностью и полным пренебрежением тем, чем пренебрегать ни в коем случае нельзя. Тысячи мелких людских оплошностей слились в одну чудовищную несуразность, так, как если бы все вокруг сознательно трудились с целью похоронить гигантский лайнер в черной атлантической глубине. Как если бы никто не должен был выжить. Как если бы это была казнь...
Краткий перечень явных нелепиц:
(1) Церемонию спуска “Титаника” на воду 31 мая 1911 года организовали с большой помпой: были приглашены тысячи гостей и журналистов, выпущены специальные открытки и сувениры, для смазки “салазок”, по которым чудовищная туша парохода съехала со стапеля в воду, было использовано 23 тонны паровозного масла и жидкого мыла. В небо пускались ракеты, дюжинами разбивались бутылки с шампанским... Устроители почему-то забыли только об одном - они не освятили корабль по христианскому морскому обычаю.
(2) Буквально за неделю до катастрофы, когда лайнер шел из Саутгемптона в Шербу, у всех дозорных были бинокли. А когда четырехтрубное судно на полной скорости ринулось в забитую льдинами Атлантику, биноклей не оказалось ни у кого, кроме капитана, но тот вовсе не собирался быть впередсмотрящим. У пассажирки второго класса мисс Мэри Янг был театральный бинокль, и она видела роковой айсберг за полчаса до столкновения, но никому ничего не сказала. Матрос в смотровом “гнезде” на мачте заметил айсберг за две с половиной минуты до того, как край льдины пропорол “Титанику” борт и вода устремилась в “водонепроницаемые” отсеки трюма.
(3) Даже без бинокля опытный дозорный должен был разглядеть айсберг гораздо раньше - если, конечно, речь не идет о чем “черном” айсберге. Они встречаются крайне редко. Иногда ледяные глыбы почему-то переворачиваются в воде, выставляя на поверхность не белую заиндевевшую корону айсберга, а полупрозрачную темно-зелёную часть. Считается, что шанс встретиться с “чертом” - примерно один на тысячу. Разумеется, “Титаник” свой шанс получил.
Если бы на море было хоть небольшое волнение или зыбь, дозорный увидел бы белые барашки у “ватерлинии” айсберга. Но обращённая к лайнеру сторона имела тёмно-синий цвет, из-за этого не было отблеска (нормальный, белый айсберг при подобном условии мог быть замечен за милю).
(4) Именно 14 апреля судовая радиостанция “Титаника” вышла из строя. Радиотелеграфисты Филлипс и Брайд семь часов подряд возились с аппаратом фирмы “Маркони” и починили его за несколько часов до катастрофы. Однако за семь часов скопилось сразу 250 телеграмм, которые надо было отправлять в Нью-Йорк. Они были заранее оплачены пассажирами, спешившими сообщить своим родственникам, что “Титаник” прибывает в порт назначения на день раньше графика, устанавливая новый рекорд скорости перехода через Атлантический океан. Поэтому у телеграфистов просто не было времени принять предупредительные сообщения, поступавшие с других кораблей.
(5) У капитана судна не было прямой телефонной связи с радиорубкой, хотя телефоны стояли в 50 пассажирских каютах первого класса.
(6) Загадка шлюпок Титаника.
ОТСТУПЛЕНИЕ ПЕРВОЕ: “любые факты, противоречащие сложившемуся мифу, считаются ложными по определению” По устоявшемуся в сознании обывателей мифу, одной из главных причин ужасающего числа погибших на “Титанике” считается халатность экипажа. Моряков упрекали в том, что, торопясь покинуть гибнущее судно, они спускали на воду полупустые шлюпки, на которых могли бы спастись еще около пятисот пассажиров.
Правда состоит в том, что из 32 шлюпок на лайнере почему-то оказалось только 20. Но и эти 20, как выяснили недавно эксперты, не соответствовали тому, что было заявлено в официальных документах. По официальным данным, утонувший лайнер имел 20 шлюпок: 2 катера - N1 и N2, рассчитанные на 40 человек, 14 шлюпок - NN3-16, на 65 каждая, 4 разборные лодки - А, В, С, D - вмещающие по 47 пассажиров. Итого, спасательных плавсредств, теоретически, должно было хватить на 1738 человек. На ВСЕХ пассажиров и часть экипажа!
Именно эти данные породили миф о том, что лодки спускались на воду полупустыми. И только недавно эксперты заняться расследованием вопроса, А ТАК ЛИ ЭТО БЫЛО НА САМОМ ДЕЛЕ? (далее – цитируется статья-расследование И. Стадника “Кто подменил шлюпки “Титаника“)
«...Как известно, после столкновения “Титаника“ с айсбергом в ночь с 14 на 15 апреля 1912 года спасшихся подобрало пассажирское судно “Карпатия”. Вместе с пассажирами оно доставило в Нью-Йорк 13 из 20 шлюпок с погибшего лайнера. Их выгрузили в доках компании “Уайт Стар” - собственника “Титаника”. Только после этого на берег сошли пассажиры. Возвращение “Карпатии” стало сенсацией - ажиотаж был таков, что у доков собралась 30-тысячная толпа зрителей. Вероятно, именно поэтому никто не удивился, когда появились сообщения, что шлюпки с “Титаника” пропали в первую же ночь - якобы зеваки растащили шлюпки на сувениры, не оставив от них почти ничего. Никому не показалось странным, что охрана доков “Уайт Стар” и полиция не только не предотвратили массового мародерства, но даже не задержали ни одного любителя сувениров. Следует также отметить, что “Карпатия” подошла к причалу вечером, около 21 часа. Высадка пассажиров длилась несколько часов. А приведенная в этой статье фотография N1, запечатлевшая шлюпки “Титаника” в доках “Уайт Стар”, сделана при дневном свете. Прекрасно видно, что целы и сами шлюпки, и их оснастка (весла, съемные мачты).
Следовательно, по крайней мере одну ночь лодки пережили. Но с тех пор никто никогда их не видел. А значит, не мог экспериментально проверить, сколько можно посадить туда людей.
Остались только бумаги Немедленно по прибытии спасшихся на американскую землю началось американское расследование обстоятельств катастрофы. Главным для сенатской комиссии был вопрос - почему погибло так много людей (около полутора тысяч из двух тысяч двухсот на борту)?
Основная часть ответа была проста: потому что на “Титанике” не было достаточного количества шлюпок. Таковы были тогдашние законы британского судоходства. В отличие от простых американских, предписывавших иметь на каждого человека на борту место в шлюпке, они требовали от каждого большегрузного корабля не менее 16 шлюпок. Причем рассчитывались не посадочные места в них, а водоизмещение. Минимумом для британского корабля водоизмещением более 10 тыс. тонн было спасательное водоизмещение в 9625 кубических фута. Из расчета 10 футов (около кубометра) на человека получался “объем” для 962 человек. Когда эти правила принимались в 1894 году, крупнейшее британское судно имело водоизмещение 12 тысяч тонн. А “Титаник” имел уже 50 тысяч тонн водоизмещения и мог принять на борт более 3 тысяч человек. По официальным данным, утонувший лайнер имел 20 шлюпок: 2 катера - N1 и N2, рассчитанные на 40 человек, 14 шлюпок - NN3-16, на 65 каждая, 4 разборные лодки - А, В, С, D - вмещающие по 47 пассажиров. Всего на спасательных плавсредствах официально планировалось разместить 1178 человек. А раз официальный минимум превышен, компанию-судовладельца официально упрекнуть было не в чем. Однако число спасенных оказалось значительно меньше - 705 человек. Американская комиссия предположила, что большинство лодок, подошедших к “Карпатии”, имело на борту гораздо меньшее количество людей, чем то, на которое официально были рассчитаны. К аналогичным выводам пришло и последовавшее затем британское расследование.
Так появилось не оспариваемое до сих пор утверждение, ставшее неотъемлемой частью истории “Титаника”, - экипаж не сделал всего возможного для спасения людей и стал косвенным виновником гибели почти пятисот человек. Упоминание о полупустых шлюпках, спускаемых с обреченного корабля - непременный атрибут практически любого рассказа о знаменитой морской катастрофе.
Несмотря на свою кажущуюся ясность, ситуация со шлюпками оказалась одной из самых популярных среди исследователей истории “Титаника”. Спасшийся во время катастрофы, но проживший затем всего 8 месяцев полковник Арчибальд Грейси стал пионером этого направления, подготовив книгу, целиком посвященную тому, сколько в какой шлюпке было людей, и попытке установить их поименно. По сей день возвращаются к этой теме энтузиасты, предлагая свои варианты рассадки пассажиров по именам и по количеству. Словно ощущают в этом некий глубокий смысл или загадку, подвох истории.
...За годы после катастрофы выработался уже некий базис в определении количества людей в каждой из спасательных шлюпок, правда, но эти подсчеты не безгрешны. Шлюпки спускались в темноте, в спешке, мало кому из потрясенных пассажиров или членов экипажа приходило в голову считать друг друга. После спуска на воду произошла пересадка людей между несколькими шлюпками, что тоже затрудняет подсчет. В результате одно из самых серьезных, постоянно обновляемых исследований той трагической ночи - британская энциклопедия “Титаника” - не указывает количество пассажиров в двух третях шлюпок. Что еще важней, “Титаника”, собравшая биографические данные, фотографии, личные вещи почти всех пассажиров и членов команды, выживших и погибших, не приводит одни из самых интересных и красноречивых документов - фотографии спасательных шлюпок, подходящих к “Карпатии”. Между тем эти снимки, достаточно известные, при внимательном рассмотрении переворачивают всю ситуацию с обвинениями против экипажа и формальной невиновностью компании “Уайт Стар”.
На фотографии N2 изображена разборная шлюпка D. О ней не скажешь, что она полупустая. Между тем в ней насчитывается всего 28 человек. Формально же она рассчитана на 47. Можно ли туда поместить еще 19? Только если все они - грудные младенцы. Шлюпка D была в этот момент на буксире у шлюпки 14. Последняя официально рассчитана на 65 человек и, следовательно, должна быть раза в полтора больше. Однако на фото N3 мы видим, что шлюпки примерно одного класса и в них примерно одинаковое количество пассажиров. В таком ракурсе их посчитать трудно, но для нас это сделал автор снимков, пассажир “Карпатии” Луи Огден. В Национальном архивном агентстве США (NARA) хранится данная фотография, на обратной стороне которой написано: “шлюпка 14, около 25”. Можно ли в эту лодку посадить вдвое больше народу, чем там уже находится? Ответ очевиден. То, что мы видим на снимках (существует еще и фото шлюпки N6), опровергает официальные данные о вместительности шлюпок “Титаника”. Есть ряд косвенных данных, подтверждающих это утверждение. Последней на борт “Карпатии” была принята шлюпка N12. Перешедший на нее с полузатопленной шлюпки В помощник капитана Лайтоллер пересчитал пассажиров. Их было “человек 65 плюс несколько лежало на дне”. Таким образом, если лодка и была перегружена в сравнении с формальной вместимостью, то ненамного. Между тем свидетели в один голос утверждают, что шлюпка едва ли не зачерпывала воду бортами и даже небольшая волна могла ее потопить.
Вернемся к фото N1 - исчезнувших в нью-йоркских доках шлюпок. Благодаря стоящим в лодках людям можно уверенно утверждать, что посадить на каждую из 4 скамеек в шлюпке по 15 человек совершенно невозможно. На каждую скамью уместится человека по 4, еще по 2 - на носу и корме. Получается - 22 места. Еще по одному человеку можно усадить между рядами на боковых откосах. Итого 32 взрослых пассажира, это максимум, на который рассчитана шлюпка. На том же снимке третья и четвертая лодки заметно меньше, очевидно, что это “40-местные” катера. В лучшем случае на скамейке там поместится 3 человека, на корме и носу - по одному, итого, с учетом боковин - 24 места.
Куда смотрели комиссии по расследованию? Комиссии, работавшие сразу после крушения, не знали о фотографиях с “Карпатии”. Впервые их использовали в судебных процессах спасенные и родственники погибших, требуя от “Уайт Стар” возмещения потерь...
Комиссии не смогли проверить ни лодки “Титаника” (по причине их исчезновения!), ни корабля той же серии и той же компании - “Олимпика”. (Дело в том, что после гибели “Титаника” экипаж его собрата объявил забастовку и потребовал оснастить корабль достаточным количеством шлюпок. Шлюпки были полностью заменены. Когда корабль пришел 24 апреля в США, глава сенатской комиссии Уильям Смит лично убедился, что любая из теперь 43 шлюпок вмещает 65 пассажиров. Но это были уже другие шлюпки!) Допрос свидетелей также не добавил ясности. На “Титанике”, шедшем в первый рейс, даже не назначили ответственного за шлюпки, и вряд ли хоть один человек экипажа знал, сколько формально вмещают лодки. Когда моряки видели, что все места в шлюпке заняты, тогда и спускали ее на воду. Когда одного из матросов спросили: “Почему вы не спускали в шлюпках по 65 человек?”, тот, видимо даже не понимая, откуда взялась цифра 65, ответил: “С таким грузом шлюпка бы треснула при ударе о воду”.
Итого:
В 1998 году на аукционе “Кристи” за 79 500 долларов были проданы флажок “Уайт Стар” и табличка “Титаник”, снятые с одной из шлюпок легендарного лайнера. Проверяя историю лота, специалисты “Кристи” выяснили, что предок продавца был рабочим в компании “Уайт Стар” и вместе с товарищами по приказу начальства снимал со шлюпок опознавательные знаки. Как им объяснили, чтобы предотвратить покушение мародеров. !!! Получается, что мародеров не было, а шлюпки обезличила сама компания. “Уайт Стар” могла сколько угодно выплачивать потом компенсации за якобы халатность экипажа, но допустить признания, что шлюпки изначально не соответствовали даже устаревшим британским требованиям, она не могла. Это означало бы немедленный и позорный крах компании. Теперь компании уже ничего не грозит, она не существует с 1950 года.
Спустя 88 лет после катастрофы можно считать точно установленным количество людей всего в двух шлюпках - N1 и А. В каждой из них было всего по 12 человек, хотя по разным причинам. Пассажиры помнят друг друга и все известны поименно. N1 - единственная, спущенная действительно полупустой, к этому побудил моряков миллионер Дафф Гордон, воспользовавшийся отсутствием поблизости других людей и, по-видимому, еще и подкупивший матросов. Шлюпка А перевернулась во время разлома “Титаника”. На ее днище 4 часа балансировали 12 человек.
О шлюпке D, прекрасно видимой на фотографии, можно говорить лишь предположительно, ибо есть свидетельства, что у некоторых пассажирок этой шлюпки были маленькие дети. Их на снимке не видно, но они также должны включаться в число пассажиров. В среднем на шлюпку приходится 37 человек. Если шлюпки действительно были гораздо меньше, чем считалось ранее, то явно смягчается оценка людей в шлюпках, не вернувшихся на помощь к замерзающим в воде. Одно дело, когда в шлюпке есть еще три десятка мест, другое - когда она полностью заполнена.
Наконец, если верны наши оценки фактической вместимости шлюпок, то в распоряжении экипажа было 624 места, а спасенных оказалось 705. Т.е. экипаж не только не был косвенно виновен в смерти пяти сотен людей, но спас больше жизней, чем ему позволяли технические возможности. Никто из экипажа до наших дней не дожил, но хотя бы потомки могут быть спокойны за репутацию своих родителей».
(7) сталь, использованная для обшивки корпуса “Титаника”, была низкокачественной, с большой примесью фосфора, что делало её очень ломкой при пониженных температурах. Это сыграло роковую роль в ночь на 15 апреля. Если бы обшивку изготовили из качественной, вязкой стали с низким содержанием серы, она бы в значительной мере смягчила силу удара. Металлические листы просто вогнулись бы внутрь и повреждения корпуса оказались бы не столь серьёзными. Возможно тогда “Титаник” был бы спасён или, по крайней мере, оставался бы на плаву в течение долгого времени, достаточного для эвакуации большей части пассажиров.
ОТСТУПЛЕНИЕ ВТОРОЕ: “Теории, в которые мы верим, мы называем фактами, а факты, в которые не верим, - теориями” (Феликс Коэн)
Оказалось, что в начале века сталь испытывалась только на статическую нагрузку, то есть проверялось, какой максимальный вес может выдержать металл. А испытания на ударную вязкость, то есть на способность материала деформироваться, а не ломаться от удара, не проводились вообще. Более того, качество стали, использованной при изготовлении обшивки “Титаника”, оказалось невысоким даже для того времени. Это была чрезвычайно хрупкая высокоуглеродистая сталь, которая к тому же содержала много серы. Поэтому при столкновении с айсбергом стальная обшивка не прогнулась, а просто лопнула в самом слабом месте - по линии клепки. Иногда даже делается вывод, что из некачественной стали были выполнены и заклепки. ... Таким образом, подтвердилась версия, которую еще в 1912 году выдвинул конструктор Эдвард Уайлдинг, работавший на фирме “Харланд энд Волфф” в Белфасте, где строился “Титаник”. При расследовании обстоятельств катастрофы он предположил, что причиной гибели корабля стали не связанные между собой узкие пробоины разной длины. Слова Уайлдинга услышаны не были. Конечно, и судостроитель “Харланд энд Волфф”, и судовладелец “Уайт Стар Лайн” хотели знать правду, но не всякую.
Правда, состоявшая в том, что “Титаник” погубили полдюжины царапин, была им не нужна. От такого позора они не оправились бы никогда. Люди не поверили бы, что таких пробоин достаточно, чтобы утонул самый большой в мире корабль. Невозможно было объяснить обывателям, что любой корабль того времени, имея такие повреждения, неизбежно ушел бы под воду, причем в отличие от “Титаника” в считанные минуты. К примеру, кунардовская “Лузитания”, торпедированная немецкой подводной лодкой в 1915 году, утонула за 20 минут.
“Титаник”, получив такую же пробоину, скорее всего не затонул бы. Ведь это было действительно достаточно надежное судно. Оно имело двойное дно и шестнадцать наглухо отделенных один от другого отсеков. И при затоплении двух из них корабль мог бы держаться на плаву. Даже когда вода поступила в шесть отсеков, “Титаник” тонул почти три часа.
(8) “Титаник” преследовало невезение на грани невероятного! Корабль был построен так, что мог оставаться на плаву при затоплении любых двух из его 16 водонепроницаемых отсеков, он мог также сохранять плавучесть в случае затопления любых трёх из первых пяти отсеков, непотопляемость лайнера была обеспечена даже при затоплении всех первых четырёх отсеков. Но лайнер не был рассчитан на затопление всех первых пяти отсеков. Такая конструкция хоть и возможна, но чрезвычайно дорога — единственный корабль, построенный так, “Грейт Истерн“, был экономической катастрофой. Кроме “Титаника”, в мирное время ни один корабль не терпел таких повреждений.
(7) При этом в трагедии нелепостей и ошибок есть несколько роковых сцен, которые невозможно объяснить с точки зрения человеческой логики.
ОТСТУПЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ “Факты не существуют - есть только интерпретации”, или ГЕНИИИ И ЗЛОДЕИ “Титаника”
Ночью 15 апреля 1912 года недалеко от тонущего «Титаника» прошло, не остановившись, неизвестное судно. Долгие годы считалось, что это был грузопассажирский пароход «Калифорниен»… Его капитан Стенли Лорд, обвиненный в умышленном неоказании помощи людям, был изгнан с флота и всю свою долгую жизнь тщетно пытался доказать, что не виноват в гибели людей...
...«Титаник» с айсбергом столкнулся в 23 часа 40 минут, а через 10 минут после столкновения капитан лайнера Смит, старший помощник капитана Уайлд и строитель судна Эндрюс осмотрели повреждения, и последний вынес безапелляционный приговор своему детищу: - «Титаник» обречен, капитан, и ему никто не поможет! Даже сам Господь Бог. Вскрыто четыре отсека. Надежда была бы, если бы повреждены были только три. А так наши помпы будут качать воду из океана в океан. Мы продержимся часа два, не больше.
Радист лайнера Филиппс по приказанию капитана в 0 часов 5 минут начал подавать принятый в то время международный сигнал бедствия. Через 20 минут он связался с пароходом «Карпатия», находящимся в 58 милях. - Немедленно идите на помощь. Мы столкнулись с айсбергом. Наши координаты: 41,46 норд, 50,14 вест.
На призыв «Титаника» также откликнулись «Франкфурт» и однотипный с «Титаником» «Олимпик». Но последние два были слишком далеко от гибнущего судна. Так что, рассчитывать на чью-то помощь в ближайшее время не приходилось. И поэтому были понятны радость и изумление, прозвучавшие в крике четвертого помощника капитана «Титаника» Боксхолла: - Огни с левого борта, сэр! Судно в пяти-шести милях от нас!
Боксхолл ясно видел, что это был однотрубный пароход. Он попытался связаться с ним с помощью сигнальной лампы, но неизвестное судно не отвечало. - По-видимому, на судне нет и радиотелеграфа, они не могли нас не видеть, - решил капитан Смит и приказал рулевому Роу подать сигнал аварийными ракетами. Когда сигнальщик вскрыл ящик с ракетами, то оба они - и Боксхолл, и Роу - остолбенели: в ящике находились обычные белые ракеты, а не аварийные красные.
- Сэр, - не веря своим глазам, воскликнул Боксхолл, - здесь только белые ракеты! - Не может быть! - изумился капитан Смит. Но, убедившись в правоте Боксхолла, приказал: - Стреляйте белыми. Может, они догадаются, что у нас беда.
В 0 часов 45 минут с правого крыла мостика Боксхолл выстрелил в черное небо первую белую ракету, но таинственное судно никак не прореагировало на нее. - Выпускайте по ракете каждые десять минут, - приказал капитан.
Но «незнакомец» не обращал внимания на «Титаник» и то ли дрейфовал, то ли шел очень малым ходом. Когда были выпущены последние ракеты, огни его все еще были видны с «Титаника», а затем судно вырубило свет и стало быстро уходить в восточном направлении, провожаемое проклятиями гибнущих людей. На борту «Титаника» думали, что их оставил в беде «Калифорниен»...
«КАЛИФОРНИЕН» - без вины виноватые
Грузопассажирский пароход «Калифорниен», следующий рейсом Лондон-Бостон, вечером 14 апреля разминулся с «Титаником», а через час с небольшим был затерт льдами и потерял ход. Его радист Эванс около 23 часов связался с «Титаником» и хотел предупредить о тяжелой ледовой обстановке и что они затерты льдами, но радист «Титаника» Филиппс, только что с трудом наладивший связь с мысом Рейс, грубо оборвал его: - Отстаньте! Я занят, работаю с мысом Рейс! И Эванс «отстал»: Обиженный на грубость радист “Калифорниена” в 23 часа 30 минут официально, предварительно доложив об этом капитану, закрыл радиовахту. Он выключил свой приемник и отправился спать всего за несколько минут до того, как с находившегося поблизости “Титаника” в эфир был выпущен первый сигнал о помощи. “CQD” - тогдашний аналог “SOS” услышали даже в... Египте, в Порт-Саиде, в 3000 милях от места трагедии, но только не на “Калифорниене”, в зоне прямой видимости. Между двумя судами в ту ночь выросла непроницаемая магическая стена - они были рядом, но навсегда далеко друг от друга.
Измученный тяжелым плаванием во льдах капитан «Калифорниен» Стенли Лорд прилег отдохнуть в каюте. Вахту на мостике нес второй помощник Стоун. В 0 часов 45 минут он увидел свет белой ракеты и удивился: кому это ночью вздумалось пускать на судне ракеты?
В 1 час 10 минут, когда во тьме взлетела шестая ракета, Стоун доложил о странных ракетах капитану. - Это сигналы какой-нибудь пароходной компании? - спросил капитан.
- Не знаю, - ответил Стоун. - Ракеты почему-то белые. - Попробуйте связаться с этим судном с помощью сигнальной лампы.
...Но никто им не ответил. С рассветом на «Калифорниен» снова пробудилась жизнь. В половине пятого поднялся капитан. К этому времени льды немного поредели и освободили дорогу судну. Лорд, памятуя о странных ночных ракетах, приказал разбудить Эванса и открыть радиовахту.
Буквально через несколько минут на мостик по трапу взлетел старший помощник капитана Стюарт и воскликнул: - «Титаник» столкнулся с айсбергом и затонул в 2 часа 20 минут!
Капитан Лорд приказал немедленно запустить машины и направил корабль к месту гибели «Титаника». Но было уже безнадежно поздно. ...Вряд ли капитан Стенли Лорд думал, что лег на курс позора и бесславия. Комиссия, которая расследовала обстоятельства гибели «Титаника», с готовностью поверила показаниям одного из кочегаров «Калифорниен» Вильяма Ферта, продавшего репортеру нью-йоркской газеты сообщение о том, что он, якобы выйдя отдохнуть на палубу, отчетливо видел огромный пароход, узнал в нем «Титаник» и наблюдал его агонию. Эти показания подхватили все газеты, но никто не знал, что Ферт, наказанный капитаном Лордом, сводил с ним счеты, получив за свою клевету пятьсот долларов.
И комиссия пришла к заключению, что ближе всего к месту катастрофы был пароход «Калифорниен», что он находился в прямой видимости от «Титаника» и что «Калифорниен» был единственным судном, которое могло и должно было прийти на помощь гибнущему лайнеру. Следственная комиссия признала Стенли Лорда, капитана парохода «Калифорниен», одним из главных виновников гибели более чем полутора тысяч человек, находившихся на борту «Титаника», обвинив его в умышленном неоказании помощи людям, терпящим бедствие на море. А это обвинение является столь тяжким для любого моряка, что ставит крест на его профессиональной репутации.
Громы проклятий обрушились на голову капитана Лорда. Опозоренный, ошельмованный, он был изгнан с флота и всю свою долгую жизнь тщетно пытался доказать, что не виноват в гибели людей. Перед смертью Стенли Лорд попросил, чтобы его предсмертную исповедь зафиксировали в присутствии нотариуса не только письменно, но и на магнитофоне. Он снова повторил о своей непричастности к гибели пассажиров «Титаника» и уже слабеющим голосом сказал: «Я, Стенли Лорд, готовясь предстать перед Высшим Судей, находясь в здравом уме и твердой памяти, перед всеми вами, стоя на пороге вечности, вновь заявляю, что не виновен в гибели несчастных людей на борту «Титаника».
В середине января 1962 года в маленьком городке Уолласи графства Чешайр он умер на руках своего сына Титтена, который свято верил в невиновность отца и всю жизнь боролся за восстановление его доброго имени, поддерживал его, помогал и ободрял. Смерть Лорда и его предсмертная исповедь, вероятно, так бы и остались незамеченными, если бы через два месяца после нее Норвежское радио и телевидение не оповестило мир о сенсационной исповеди некоего Хендрика Несса, недавно умершего в возрасте восьмидесяти четырех лет в маленьком рыбачьем городке на западе Норвегии.
ИСЧЕЗНУВШЕЕ СУДНО - ПОСЛЕДНЯЯ ТАЙНА?
Оставив море, Хендрик Несс доживал свои дни в небольшом уютном домике. Тяжелая болезнь медленно, но верно вела старого моряка к последней гавани. Кроме того, к старости он часто впадал в мрачную задумчивость и частенько упоминал о тяжком бремени, лежащем на его совести много лет.
Незадолго до его смерти племянник Несса, просматривая старые бумаги, обнаружил судовой журнал промыслового судна «Самсон» и толстую потрепанную тетрадь - личный дневник капитана «Самсона» Хендрика Несса, множество пожелтевших газетных вырезок о катастрофе «Титаника», произошедшей полвека назад. То, что племянник узнал из старых документов, настолько потрясло его, что он потребовал от Хендрика Несса публичного выступления, чтобы раскрыть тайну, связанную с гибелью «Титаника».
Несс всячески пытался откреститься от обнаруженных документов, но сведения о необычном архиве старого моряка просочились в печать, что вызвало взрыв негодования и возмущения среди моряков Норвегии, страны потомственных мореходов, страны, бережно хранящей морские традиции и кодекс чести моряка. Тихий домик на берегу фьорда стали осаждать репортеры. Чувствуя, что его жизненный рейс вот-вот закончится, Несс решил не брать с собой багаж, который угнетал его добрых полвека. Он призвал не только священника, чтобы исповедаться, но и газетных репортеров. И тогда на экранах своих телевизоров норвежцы увидели запоздалое признание Хендрика Несса.
...Итак, ночь с 14 на 15 апреля 1912 года. Атлантика. Борт промыслового судна «Самсон». «Самсон» возвращается с удачного промысла, избежав встреч с кораблями береговой охраны США. На его борту - несколько сот браконьерски забитых тюленей. Утомившийся экипаж отдыхал. Вахту нес сам капитан и его первый помощник. Капитан Несс был у своих хозяев на хорошем счету. Рейсы его парохода всегда были удачливыми и приносили хороший барыш. Хендрик Несс слыл опытным и рисковым капитаном, не слишком щепетильным в нарушении территориальных вод или в превышении количества добытого зверя. «Самсон» нередко оказывался в чужих или запретных водах, и его хорошо знали корабли береговой охраны США, близкого знакомства с которыми он удачно избегал. Одним словом, Хендрик Несс был отличным судоводителем и азартным, удачливым дельцом.
«Ночь была изумительная, звездная, ясная, океан спокоен и ласков, - рассказывал Несс. - Мы с помощником болтали, курили, иногда я выходил из рубки на мостик, но надолго там не задерживался - воздух был прямо леденящий. Вдруг, случайно обернувшись, я увидел в южной части горизонта две необыкновенно яркие звезды. Они удивили меня своим блеском и величиной. Крикнув вахтенному, чтобы он подал подзорную трубу, я направил ее на эти звезды и сразу понял, что это топовые огни большого судна.
- Капитан, по-моему, это корабль береговой охраны, - сказал помощник. Но я и сам подумал об этом. По карте уже некогда было прикидывать, но мы оба решили, что забрались в территориальные воды Соединенных Штатов. Встреча с их кораблями ничего хорошего нам не сулила.
Через несколько минут над горизонтом взлетела белая ракета, и мы поняли, что нас обнаружили и требуют остановиться. Я еще надеялся, что все обойдется и нам удастся скрыться. Но вскоре взлетела еще одна ракета, через какое-то время третья… Дело оборачивалось плохо: если бы нас подвергли досмотру, я потерял бы не только всю добычу, но и, возможно, лишился и судна, а все мы попали бы в тюрьму. Я решил уходить. Приказал выключить все огни и дать полный ход. Нас почему-то не преследовали. Через некоторое время пограничный корабль вообще исчез. (Вот почему свидетели с «Титаника» утверждали, что ясно видели вдали большой пароход, ушедший от них. Злополучный «Калифорниен» в это время был зажат льдами и с «Титаника» вообще не был виден.) Я приказал изменить курс на норд, мы шли полным ходом и лишь утром сбавили обороты. Двадцать пятого апреля мы бросили якорь у Рейкьявика в Исландии и только тут из газет, доставленных норвежским консулом, мы узнали о трагедии «Титаника».
Во время беседы с консулом меня будто ударили по голове: мне подумалось - не мы ли были тогда у места катастрофы? Едва консул покинул наш борт, я тут же бросился в каюту и, просмотрев газеты и свои записи, понял, что погибающие люди видели не «Калифорниен», а нас. Значит, ракетами на помощь звали именно нас. Но ведь они были белые, а не красные, аварийные. Кто бы мог подумать, что совсем рядом с нами погибали люди, а мы уходили от них полным ходом на своем надежном и большом «Самсоне», имевшем на борту и шлюпки, и катера! И море было как пруд, тихое, спокойное… Мы могли бы спасти их всех! Всех! Там погибали сотни людей, а мы спасали вонючие тюленьи шкуры! Но кто же об этом мог знать? А радиотелеграфа у нас не было. По пути в Норвегию я объяснил экипажу, что с нами произошло, и предупредил, что всем нам остается только одно - молчать! Если узнают правду, мы станем хуже прокаженных: от нас все станут шарахаться, нас вышибут с флота, никто не захочет служить с нами на одном судне, никто не подаст ни руки, ни корки хлеба. И никто из команды не давал никакой клятвы. Мы просто молчали и молчали».
Молчали целых полвека. Один за другим уходили из жизни - умирали в постелях, гибли в холодных водах, унося по частицам тайну «Самсона». Нелегкое бремя нес Хендрик Несс. Он внимательно читал газеты, следил за судебными отчетами, за отчаянными попытками Стенли Лорда отмести возведенные против него обвинения. Всего лишь несколькими словами Хендрик Несс мог бы спасти честь и репутацию капитана Лорда, но он понимал, что в этом случае он сам будет обвинен в самом тяжком преступлении, в неоказании помощи погибающим на воде, и страх перед осуждением и презрением земляков, всех моряков страны запирал его губы надежным замком.
Он знал, что несчастный Стенли Лорд живет, всеми презираемый и отвергнутый… и все-таки молчал. Молчал пятьдесят лет, и лишь за несколько дней до смерти под давлением обстоятельств решился наконец поведать людям правду о той трагической ночи. Получив заверенные нотариусом признания Несса, члены Ассоциации работников торгового флота обратились к министру по делам транспорта Норвегии с ходатайством о пересмотре «Дела Стенли Лорда». После долгих проволочек делу был дан ход. Но еще до этого в стране прошла кампания за реабилитацию Лорда. И, в конце концов обвинение, тяготевшее над ним полвека, было снято. Правда, посмертно.
«КАРПАТИЯ» - "Мы несемся на север, как дьяволы"
...Небольшое маломощное судно “Карпатия” было в 58 милях к юго-востоку от места катастрофы, когда судовой радист Фрэнсис Коттам услышал истерический “CQD” с тонущего “Титаника”. Он вспоминал потом, что уловил сигнал в самый последний момент, уже снимая с головы наушники и собираясь спать. Сменщика у Коттама не было. Если бы он заснул на пять минут раньше, капитан “Карпатии” никогда бы не узнал, что “Титаник” уже гибнет. Капитана звали Артур Рострон. Он ни когда не пил, не курил и не бранился. Даже в век пара и электричества, в эпоху самых амбициозных мечтаний человечества он не разучился молиться. ...Подчиненные прозвали Рострона “электрической искрой” - за умение мгновенно принимать волевые решения. Сила воли этого человека была хорошо известна. В 23 года, когда Рострон поступил на службу в компанию “Кунард”, он раз и навсегда запретил себе употреблять спиртное. Спустя два года перестал курить. Бранился крайне редко - ровно один раз в месяц, как подсчитал кто-то из офицеров, - и всякий раз потом вслух просил у Господа прощения за сорвавшееся с языка сквернословие. Впервые Артур Рострон вышел в море еще мальчишкой, в 13 лет - вместе с отцом. Говорят, что именно во время “морского крещения” мальчика произошел некий случай, оказавший сильное воздействие на его психику, - с тех пор Рострон молился каждый день.
Когда радист Коттам с перекошенным от ужаса лицом ворвался на капитанский мостик и сбивчиво забормотал что-то про тонущий “Титаник”, Артур Рострон, как обычно, принял решение мгновенно. Во-первых, он повернулся к висевшему на стене распятию и прошептал несколько слов. Затем обернулся к подчиненным. “Мы разворачиваем корабль”, - сказал он. Это было весьма рискованным решением - на борту “Карпатии” уже было восемьсот пассажиров. Бросившись на помощь жертвам катастрофы, капитан направил пароход в страшный район скопления айсбергов, один из которых и оказался роковым для “Титаника”. "Карпатия" находилась от "Титаника" на расстоянии 58 миль. Судно со своей единственной трубой развивало скорость всего в 14 узлов. При этой скорости потребовалось бы свыше четырех часов хода, чтобы подойти к тонущему лайнеру. Слишком долго.
В час шесть минут ночи Коттэм принял сообщение, адресованное "Олимпику": - Приготовьте шлюпки; носовая часть быстро погружается.
В час десять: - Тонем с дифферентом на нос…
В час тридцать пять: - Затопляется машинное отделение.
Один раз у Коттэма спросили с "Титаника", сколько потребуется "Карпатии" времени на то, чтобы прийти на помощь. - Передайте, что примерно четыре часа, - велел Коттэму Рострон, который еще не мог знать, на что способен их лайнер.
В час пятьдесят минут поступила последняя просьба с "Титаника": - Старина, приходите как можно скорее; машинное отделение затоплено по самые котлы.
После этого радиоустановка "Титаника" замолчала... Рострон послал за старшим механиком Джонстоном, приказал ему ЗАДРАИТЬ ПРЕДОХРАНИТЕЛЬНЫЕ КЛАПАНЫ, прекратить отбор пара на обогрев помещений, перекрыть подачу в каюты горячей воды и весь пар до последней унции подавать в машины, чтобы увеличить скорость судна. В помощь стоящим вахту были разбужены подвахтенные кочегары. Большинство приступило к работе, даже не одевшись (!). Судно все быстрее и быстрее резало воду форштевнем: 14; 14,5; 15; 16,5; 17 узлов. Никому и во сне не снилось, что "Карпатия" способна на такую прыть. Потом один матрос вспоминал: «Наша старая калоша дрожала от возбуждения так же, как и мы».
В 2 часа 45 минут «Карпатии» начали встречаться айсберги и их обломки, большие ледяные поля. Несмотря на опасность столкновения, «Карпатия» не сбавляла скорость. В 3 часа 50 минут на «Карпатии» увидели первую шлюпку с «Титаника», в 4 часа 10 минут начали спасать людей, а к 8 часам 30 минутам был подобран последний живой человек. Всего «Карпатия» спасла 705 человек.
Владельцы “Титаника” собирались привести лайнер в Нью-Йорк на день раньше графика, чтобы был рекорд. Рекорд поставила “Карпатия” - она пришла на место катастрофы почти на час раньше, чем могла и чем все ожидали. Капитан Рострон отвоевал у судьбы лишь час времени, но час оказался дороже целого дня. Они успели. 705 пассажиров были подняты на борт.
Когда перегруженная людьми “Карпатия” медленно и осторожно вошла в нью-йоркский порт и пришвартовалась у пирса номер 41, когда отрыдала толпа на пристани и отмелькали фотовспышки, второй офицер “Карпатии” припомнил в разговоре с журналистами одну деталь: на протяжении всего четырехчасового рейда к месту гибели “Титаника” капитан Рострон... молился. “Его губы шевелились, - сказал офицер, - это вполне объяснимо: на такой скорости у нас тоже почти не было шанса вовремя заметить айсберг”. Спустя несколько дней сам Рострон признался кому-то из журналистов: “До сих пор не могу избавиться от странного ощущения. Когда мы шли среди льдов, мне казалось, что на штурвале была чья-то другая рука. Именно она вела корабль”. Не исключено, что именно это ощущение заставило его отдать приказ о проведении короткой церковной службы на борту “Карпатии” сразу же после того, как последний из потерпевших был поднят на борт. Только после окончания службы Рострон отдал приказ идти дальше, на Нью-Йорк.
Список знаменитых личностей, погибших на “Титанике” весьма велик - среди них - полковник Арчибальд Батт, военный советник президента США Тафта, миллионер Туггенгейм, успевший, согласно легенде, переодеться во фрак, чтобы по джентельменски встретить свою смерть в затопленной каюте. Жертвой “Титаника” стал еще один миллионер, 21 -летний Эсли Уайденер (его мать приехала в порт Нью-Йорка встречать “Титаник” на собственном поезде из четырех пульмановских вагонов). Океанское дно стало могилой супругов Штраус, владельцев и поныне процветающей в США сети магазинов “Мэйсиз”. Гибель этих людей тоже необъяснима. Если рассуждать логично, уж кому-кому, но миллионерам и аристократам в первую очередь нашлись бы места в спасательных шлюпках.
Однако, если следовать этой логике, среди 705 спасшихся обязательно должен был оказаться и Джон Джейкоб Астор, один из самых богатых людей своего Времени. Он возвращался с юной женой (второй по счету и уже беременной) из путешествия по Египту. Через день после гибели лайнера светское издание “Америкен” поместило 4-полосную стал о погибшем мистере Асторе и лишь в конце упомянуло об остальных жертвах катастрофы. Жена Астора спаслась, а обезображенное тело мужа опознать удалось только по монограмме на рубке - его выловили из воды спустя неделю. “Астор должен был спастись, - в шоке повторяли друг другу пораженные нью-йоркские богачи.
Эпилог Гибель “Титаника” стала переломным моментом в обеспечении безопасности мореплавания. Если до гибели “Титаника” мореплаватели еще не осознали и не прочувствовали, что они уже в 20-м веке, что парусники ушли в прошлое, что судоходство с каждым днейм становится все оживленнее, скорости – выше, размеры судов – больше. И что мерки 19-го века устарели и стали просто опасными. “Титаник”, можно сказать, стал жертвой менталитета 19-го века в приложении к технике века 20-го.
Современному судоводителю многие установки тех времен, царившие на мостике “Титаника”, покажутся просто чем-то диким. Как можно, зная о айсбергах и льдах по курсу, лететь в черную неизвестность ночи, не снижая скорости? А ведь радиолокаторов тогда и в помине не было, однако скорости и размеры уже определялись прогрессом 20-го века. Как можно было не снабдить впередсмотрящих биноклями? Как вообще можно водить лайнеры огромных размеров, не имея общепринятых международных сигналов бедствия, от радио до фальшфейеров до ракет? Как можно считать судно, на мостике которого ты находишься, непотопляемым – а ведь экипаж и общественность именно так и думали! ... ...Тонет все, как ты его ни делай. Стихия есть стихия. Гибель “Титаника” вбила в гены мореплавателей следующих поколений здоровое недоверие к непотопляемости и постоянную, на мостике ли, в каюте во время отдыха, готовность к худшему. Шок и последующие оргвыводы сделали очень и очень много для того, чтобы люди осознали – на дворе 20-й век, и чтобы избежать трагедий на море, необходимо пересмотреть существующие правила. И пересмотрели. Да так, что до сих пор многие из принятых после “Титаника” правил остаются в силе, их даже подправлять не надо.
За одно это “Титанику” памятник надо поставить. Его гибель не была напрасной...
|