Охота на ведьм - одна из самых позорных страниц в истории человечества.
В XV-XVII веках и католическая, и протестантская церкви будто сошли с ума, признавая ведьм чуть ли не во всех женщинах: вышла на прогулку ночью – ведьма, собираешь травы – ведьма, лечишь людей – вдвойне ведьма. Даже чистейшие душой и телом девушки и женщины попадали под классификацию ведьм. Так в 1629 году была сожжена на костре девятнадцатилетняя Барбара Гобель. В списке палача о ней говорилось: «Самая святая дева Вурцбурга». Непонятно чем было вызвано это маниакальное желание «очищения», но прокатившиеся ведьмовские процессы унесли жизни более ста тысяч человек. Сжигали и вешали прежде всего женщин, "возлюбленных сатаны". Мужчин-колдунов было неизмеримо меньше, еще реже обвинения выдвигались против детей (считалось, что дети до 14 лет невинны, безгрешны и особо опекаемы богом).
Тем не менее в 1527 году испанская инквизиция занималась делом двух девочек 9 и 11 лет. Они были признаны ведьмами; под пытками оговорили несколько десятков женщин, якобы, приобщих их к "радостям" шабаша и таинствам "черной мессы". Женщины были схвачены, допрошены и сожжены, девочек же отправили в монастырскую тюрьму, где они умерли от голода, так как "сестры во Христе" не желали кормить тех, кто побывал в лапах Князя Тьмы.
В XVII веке, когда "охота на ведьм" в Германии достигла апогея, в Бонне сжигали девочек 3-4 лет и мальчиков 9-14. В 1659 году в Бамберге были сожжены 22 девочки в возрасте от 7 до 10 лет. Во время казни одни из них, лишившись разума, проклинали своих матерей, горевших рядом, за то, что те научили их колдовскому искусству; другие, собравшись с силами, твердили о своей невиновности. Их не слушали и не слышали: треск поленьев заглушал мольбы и крики.
В 1669 году в шведском округе Дарлекарлия дети стали падать в обморок, их ноги и руки сводило судорогой, на губах выступала пена, а сами они шептали о стране Блакулле, куда по ночам их приводят ведьмы для участия в шабаше и плотских утех Люцифера и Вельзевула. Тут же была создана специальная комиссия. Допросу подвергли около 300 детей, по результатам которого 84 взрослых и 15 детей были сожжены; 128 детей еженедельно в течение года у церковных дверей были наказаны плетьми; 20 малышей от 3 до 5 лет были высечены розгами трижды в течение одного дня.
Аналогичная история произошла и в германском Вюртемберге, когда в 1673 году дети в возрасте 7-10 лет вдруг стали утверждать, что ночью на метлах, курицах, козлах и крысах их возят на шабаш, где заставляют отрицать святую троицу и предаваться содомскому греху. Опять была создана комиссия; с вечера проверяющие садились у постелей детей, и оказалось, что дети не покидают их. Детей оправдали, но их дикие фантазии были сочтены колдовским наваждением, и около 50 ведьм, обвиненных в ворожбе, были преданы огню.
В 1276 году у 56-летней Анжелы Ломбарт, усердной прихожанки, родилось нечто с "волчьей пастью" и маленьким хвостиком, и хотя женщина молила о пощаде и твердила о насланных на нее злых чарах, ее сожгли вместе с младенцем.
В 1583 г. из 16-летней Анны Шлуттенбауэр монах-экзорцист двое суток изгонял дьявола, добившись того, что тело несчастной покинули 12655 чертенят. Это не помешало судьям приговорить девушку к сожжению - на всякий случай. Сожгли и ее бабушку, которая, как считалось, сосватала Анну нечистому...
В 1610 году Луиза Кано и Магдалина де ла Пю из монастыря урсулинок недалеко от Парижа заявляли, что их совратил дьявол в образе прекрасного обликом, но черного душой приходского священника Луи Годфри. Его сожгли...
А монахиня из францисканского монастыря в Лувье Маделина Бовен указала не только на местного священника, но еще на несколько десятков человек, с которыми, якобы, принимала участие в шабашах. Маделина хотела, чтобы костер оборвал пытки, которым ее подвергали, и соглашалась со всем, что от нее требовали. Однако с костром не спешили. Монахиню бросили обнаженной в земляную яму, не дав даже перевязать гноящиеся раны. Она спала в собственных нечистотах и ела пауков, надеясь отравиться, - но ее только тошнило. Во время одного из допросов она проглотила несколько осколков стекла - но непроизвольно отрыгнула их. Ржавой железкой она попыталась перерезать себе горло, а потом проткнула живот - но рана затянулась. Каждый день она умоляла убить ее. Напрасно. Инквизиторы продолжали возить ее из города в город, и там по их указке она называла все новых и новых "слуг дьявола". В конце же концов Маделину оправдали по "дьявольскому" делу, но осудили за лжесвидетельство. Всеми забытая она умерла в тюрьме Руана, так и не причастившись перед смертью.
...Процессы над ведьмами проходили и в XVIII веке. В 1749 году в Вюрцбурге была сожжена монахиня Мария Рената. В 1775 году в Польше были повешены сразу 9 ведьм. В Швейцарии последний раз отправили ведьму на костер в 1785 году. А в Испании ведьм призывали к ответу даже в середине XIX века.
Одна из ярких вспышек истерии охоты за ведьмами произошла в 1692 — 1693 гг. в поселке и одноименном городе Салем, штат Массачусетс. Одновременно эта трагедия стала крупнейшей в Новом Свете - дело, настолько жестокое и настолько нелепое, что оно было обречено стать знаменитым. Доказательство тому - десятки тысяч посетителей музея "Салемские ведьмы", открытого в 80-х годах XX века и расположенного в Денверсе, пригороде Бостона.

НАЧАЛО ИСТЕРИИ

Сэмюэль Пэррис, основной вдохновитель процесса против "салемских ведьм", сам спровоцировал то, что позже назовут “салемской трагедией”. Прежде чем стать священником, Пэррис был купцом на Барбадосе и привез оттуда в Массачусетс пару рабов, Джона и Титубу Индейцев (последнее слово не было, вероятно, фамилией семейной пары, но лишь прозвищем, указывающим на их национальную принадлежность). Титуба присматривала за девятилетней дочерью Пэрриса, Элизабет и его одиннадцатилетней племянницей Абигайль Уильямс. Зимой, когда погода не позволяла девочкам гулять на улице, Титуба развлекала девочек рассказами о своей родине, магии вуду, и этот красочный мир не на шутку их увлек.
Очарованные рассказами о том, что пуритане считали запретным, они занялись оккультизмом. Объединившись со своими деревенскими подругами в возрасте от 12 до 20 лет (Сюзанной Шелдон, Элизабет Бут, Элизабет Хаббард, Мери Уоррен, Мери Уолкотт, Сарой Черчхилл, Мерси Льюис и Энн Патнем младшей), девочки пытались предсказывать будущее: соорудили примитивный магический шар; погрузив яйцо в стакан воды, пытались узнать род занятий своих будущих мужей. Во время таких сеансов одной из молодых ведуний привиделся гроб, что означало скорую смерть...
В январе 1692 года Бетти Пэррис первой из девочек начала страдать припадками, забиваться в темные места, издавать странные звуки и кривляться. Вскоре подобные симптомы появились и у других юных участниц оккультных занятий.
Теперь уже не выяснить, действительно ли девочки считали себя одержимыми, притворялись ли, боясь ответственности за свои занятия магией с Титубой, или действительно страдали тем, что современная медицина диагностирует как подростковую истерию — невроз подавленных желаний, попытку привлечь к себе внимание взрослых, выделиться, вызвать к себе сострадание. Во всяком случае, преподобный Пэррис решил обратиться к деревенскому доктору Уильяму Григгсу. Григгс не смог объяснить заболевание девочек или вылечить припадки, но со значением произнес: «Тут не обошлось без нечистой силы!»
Пуритане XVII века верили, что колдовством можно вызвать болезни и смерть. В соответствии с поверьями тех дней они полагали, что ведьмы черпают свою силу от дьявола. Так что единственным лечением могла стать поимка виновной ведьмы или ведьм и их истребление.
“Дьявол поднялся среди нас, и гнев его стремителен и ужасен, — провозгласил с амвона Преподобный Пэррис. — Одному Богу известно, когда нам удастся заставить его замолчать". Этой его проповедью была открыта охота на ведьм, и под давлением священника девочки начали называть имена тех, кто, якобы, их околдовал.

Клич против ведьм

Первыми жертвами оговора стали Титуба, жившая в деревне нищенка Сара Гуд и пожилая ворчливая соседка Пэррисов Сара Осборн, которая не ходила в церквь более года. Были подписаны ордера на их арест, и 1 марта все три женщины предстали перед членами Салемской городской магистратуры Дж. Хаторном и Дж. Корвином.
На допросах присутствовали девочки. Как только в комнату входила очередная арестованная, у них начинались приступы кашля и конвульсии. Девочки утверждали, что духи этих женщин рыщут по дому, кусают и щиплют их или появляются где-нибудь в комнате, чаще всего на потолочных перекладинах, в виде птиц или других животных.
Обе Сары (Гуд и Осборн) отказывались признаться в каких-либо преступных действиях, а Титуба, боясь, что суду станет известно о ее зимних рассказах и колдовстве, призналась в том, что она ведьма.
Она утверждала, что обречь девочек на страдания ее вынудила черная собака, а две огромные кошки, черная и рыжая, заставили ее прислуживать им. Она также обвинила двух других арестованных женщин в том, что ездила вместе с ними на "ведьмовскую встречу" верхом на шесте, и что это именно они накануне ночью заставили ее напасть на Энн Патнем младшую с ножом. Сама Энн Патнем подтвердила это показание, заявив, что ведьмы приходили к ней с ножом и хотели отрезать ей голову.
Беда заключалась в том, что Титуба не ограничилась признанием в собственном колдовстве и обвинением еще двух женщин. Желая угодить судьям, она рассказала, что в Массачусетсе действует целая община ведьм. Ими предводительствует высокий седой мужчина, одетый в черное. На следующий день на допросе Титуба призналась, что этот мужчина много раз приходил к ней, заставляя ее расписаться кровью в своей дьявольской книге, и что в книге она увидела девять других подписей.
Рассказам девочек о нападениях духов и корчам, которые происходили с девочками в присутствии обвиняемых поверили, и их соседи – селяне тоже начали припоминать, как у кого-то из них протухали сыр и масло после визитов обвиняемых, а приплод скотины оказывался больным.
Кроме того, история показалась пуританам Салема пугающе правдоподобной из-за слухов, которые ходили несколькими годами раньше и утверждали, что Салемской деревне грозит уничтожение со стороны тайной организации ведьм и что начнется оно с членов семьи священника...
В итоге всех трех женщин заключили в бостонскую тюрьму, где на Гуд и Осборн одели железные кандалы, чтобы их духи не могли выйти из камеры и мучить девочек. Слабая здоровьем Осборн там и умерла.
Что заставило девочек зайти в своих играх так далеко? Неуемное детское воображение, боязнь сознаться, что все эти припадки и видения - обычное притворство, или они стали инструментами в умелых руках кого-то, кто решил воспользоваться ведьмовским процессом для сведения счетов с неугодными односельчанами? Этого мы не узнаем, так же как не узнаем, что заставило Титубу признаться в колдовстве и выдать двух других женщин за своих пособниц, входящих в тайную общину ведьм.
Но после поимки “первых ведьм”, каждое воскресенье с кафедры преподобного Пэрриса стали звучать многословные речи о вреде колдовства, убеждая селян в том, что среди них поселилось зло, которое должно быть изгнано со всего побережья. С этого момента обвинения стали нарастать как снежный ком, а “видения” девочек приводили на скамью подсудимых все новых обвиняемых.

АРЕСТЫ

Марта Кори из прихода Салемской деревни, жена местного землевладельца Джайлса Кори, ревностная христианка, позволила себе публично усомниться в правдивости обвинений девочек. В ответ они немедленно обвинили ее в колдовстве. Энн Патнем утверждала, что видела, как призрак Марты поджаривает человека на огне. А подруга Энн Мерси Льюис сказала, что призрак Марты вместе с другими ведьмами пытался заставить ее подписать дьявольскую книгу. В итоге Марта была отправлена в тюрьму.
Муж Марты, Джайлс, убежденный в ее невиновности, попытался оспорить обвинения, и тут же был оговорен девочками как колдун и убийца, против которого, якобы, свидетельствуют призраки его жертв (!). Он вслед за женой тоже оказался в тюрьме.
Следующей жертвой обвинения стала семидесятилетняя Ребекка Нурс, одна из самых выдающихся жительниц Салема, мать восьмерых детей и примерная прихожанка. Ей был 71 год, и она имела бесспорную репутацию высоко благочестивого, доброго и мудрого человека. Показания против Р. Нурс дала мать Энн Патнем, которая присоединилась к "потерпевшим", как называли околдованных девочек, заявив, что духи Кори и Нурс подвергли ее адским мучениям, чтобы заставить подписать книгу дьявола. Обвинение поддержали Абигайль Уильямс, Мери Уолкотт и Элизабет Хаббард, сказав, что Нурс приходила к ним с той же целью. Многие односельчане встали на защиту Ребекки, но ее тоже отправили в тюрьму.
Тут следует упомянуть, что Р. Нурс была одной из трех сестер Таунс (все они, одна за другой, были обвинены в колдовстве), а семья Таунс издавна враждовала с семейством Патнем... Важным доказательством против Ребекки Нурс также посчитали то, что вскоре после того, как она отругала Бенджамина Хоултона за то, что тот позволил своей свинье рыться в ее огороде, Хоултон умер.
Вместе с Ребеккой в тюрьму попала Доркас Гуд – четырехлетняя (!) дочь Сары Гуд, поскольку девочки заявляли, что их кусает ее дух. На четырехлетнюю Доркас надели кандалы и продержали в тюрьме 8 месяцев. Из тюрьмы же она проводила на виселицу свою мать. После освобождения из тюрьмы Доркас навсегда осталась инвалидом.
...Если бы первыми обвиненными стали не Сара Гуд и Сара Осборн, а Марта Кори и Ребекка Нурс, словам девочек, возможно, не поверили и не придали бы серьезного значения. Но, вовлеченные в состояние начавшейся массовой истерии, и магистрат, и даже члены семей обвиняемых не сомневались в преступлениях женщин, отказываясь предположить, что девочки могут обвинять невиновных.
Следующими жертвами колдовской истерии стали содержатели таверны Джон и Элизабет Проктор, которые открыто возмущались происходящим.
Дело в том, что Мери Уоррен, одна из первых “обвинительниц”, была служанкой у Прокторов. Ее первые припадки хозяин легко "излечил", пригрозив поркой, если она не прекратит кривляться. Под страхом наказания, Мери даже призналась, что она лгала, что лгут и другие девочки. Но, почувствовав за своей спиной силу, позже Мери откажется от этих слов и поспешит вместе с другими “страдалицами” избавиться от бывшего хозяина.
Случай представился, когда во время очередной проповеди преподобного Пэрриса, посвященной обвинениям в адрес Ребекки Нурс и других заподозренных ведьм, сестра Ребекки, Сара Клойс, с демонстративным отвращением покинула церковь.
Девочки тут же обвинили Сару Клойс и сочувствовуюшую ей Элизабет Проктор в ведьмовстве. Обе обвиненные были арестованы и подвергнуты унизительному осмотру (на их теле искали "ведьмины сосцы" – родинки или бородавки, посредством которых, по общему мнению, ведьмы кормят демонов).
Муж Элизабет Джон, пытавшийся воспротивиться осмотру жены, стал первым мужчиной, которому было официально предъявлено обвинение в колдовстве. Против него свидетельствовали Абигайль Уильямс и младшая Энн Патнем, которые утверждали, что видели духа Джона Проктора, который сидел на потолочной балке и причинял им страдания.
Мери Уоррен первоначально отказалась давать показания против своей хозяйки, которая была к ней добра. Но остальные “страдалицы” тут же обвинили в колдовстве саму Мери, дав понять, что те, которые начнут сомневаться или отказываться от своих слов, сами станут обвиняемыми. Во время допроса Мери пришлось подтвердить обвинения девочек, чтобы снова оказаться на их стороне.
Вслед за Прокторами были арестованы Джайлс Кори, Бриджит Бишоп и Абигайль Хоббс.
Восьмидесятилетний Джайлс Кори, муж Марты, которого называли сильным и жестоким, решительно отрицал свою вовлеченность в колдовство. Но обычный спектакль с рассказами девочек о терзающих их призраках и других ужасах заклеймил его как колдуна.
Бишоп было под шестьдесят, она была хозяйкой таверны, где в любое время суток можно было развлечься спиртными напитками или азартными играми. Она всегда одевалась в красное и за долгие годы приобрела в Салеме скандальную репутацию. Обвинить ее в колдовстве было совершенно естественно. На теле Бишоп была найдена подозрительная бородавка, которая сошла за «ведьмин сосок». Некоторые девочки подтвердили, что Бишоп – ведьма. Нашлись и другие свидетели, которые связывали свои неприятности с Бриджет Бишоп. Ее признали виновной.
Умственно отсталая Абигайль Хоббс легко созналась в колдовстве и поведала судьям о своей сделке с неким "типом", который благодаря этому получил возможность появляться перед девочками в ее обличье. Вместо того чтобы усмотреть в этой истории бред сумасшедшей, магистрат не усомнился ни в одном слове и счел это подтверждением видений девочек.
21 апреля на основании бреда Абигайль Хоббс в тюрьму попали еще девять человек: древний старик Неемия Эббот, родители Абигайль Уильям и Деливеренс Хоббс, пасынок Бриджит Бишоп Эдвард и его жена Сара, сестра Ребекки Нурс и Сары Клойс, Мери Исти, рабыня-негритянка Мери Блэк, Сара Уайлдс и Мери Инглиш, жена богатого салемското купца Филиппа Инглиша.
До этих пор в число подозреваемых попадали только жители окрестностей Салема. Но уже пятеро из вышеназванных были жителями Топсфилда, соседнего городка. Территория безумия расширялась.
Допросы шли по заведенному сценарию с травлей обвиняемых, припадками девочек и рассказами о нападениях призраков. Первый и единственный раз за все время допросов девочки не подтвердили обвинения в адрес старика Эббота. Возможно, чтобы показать, что они не нападают на невиновных и могут отличить ведьм от честных горожан.
Другим повезло меньше. Эдварда и Сару Бишоп признали виновными за компанию с их матерью. Деливеренс Хоббс поначалу отрицала свою связь с ведьмами, но позже уступила напору магистрата и покаялась, что подписала дьявольскую книгу, которую принесла ей Сара Уайлдс.
В отношении Мери Исти мнения разделились. Жители деревни считали, что если две сестры уже осуждены, то и третья, Мери Исти, тоже ведьма. Но ее несокрушимое упорство на суде произвело впечатление даже на судью Хаторна. На вопрос, считает ли Исти девочек действительно заколдованными, женщина ответила так: "Без сил зла здесь не обошлось, но замешано ли в этом колдовство, не знаю". В течение нескольких последующих недель все девочки, кроме Мерси Льюис, отказались от своих показаний против Мери Исти, и ее освободили. Но Мерси Льюис продолжала настаивать, что призрак Исти душит ее за то, что она одна упорствовала в обвинении Исти в колдовстве. В итоге через пару дней Исти вернулась в тюрьму.
Вскоре ряды арестованных пополнились еще шестью обвиняемыми. Ими стали Сара Мори, Лидия Дастин, Сюзанна Мартин, Доркас Хор, купец Филипп Инглиш и преподобный Джордж Бэрроуз. Мори в конце концов оправдали, Дастин умерла в тюрьме.
Филипп Инглиш сумел бежать в Бостон вместе со своей женой, также заподозренной в ведовстве, до того, как дело зашло слишком далеко. Они спасли свои жизни, но потеряли практически все имущество.
Преподобный Бэрроуз попал в салемскую тюрьму прямо из своего дома в Уэллсе, штат Мэн. Он был священником в Салеме до Пэрриса и не сошелся с некоторыми прихожанами. Особенно напряженные отношения сложились у него с матерью Энн Патнем, и обвинение в колдовстве послужило удобным орудием мести. Против Бэрроуза выступил ряд обвинителей, к которым присоединилась и дочь Бэрроуза. Тем не менее у Бэрроуза была хорошая репутация, и 32 жителя Салема, несмотря на опасность для самих себя, обратились к суду с петицией о признании Бэрроуза невиновным, однако спасти его не удалось. Наоборот, судьи решили, что именно Бэрроуз руководит общиной ведьм, о которой говорила Титуба. Поймав главаря общины, магистрат вздохнул с облегчением.
Но на этом дело не остановилось. Джон Уиллард, ранее участвовавший в арестах, сам попал в обвиняемые после того, как отказался подписать несколько ордеров на арест. Вместе с Уиллардом арестовали и Джорджа Джекобса (вместе с внучкой Маргарет), ранее выступавшего против процесса. Его служанка Сара Черчхилл заявила, что видела имя Джекобса в книге дьявола.
Как и Мери Уоррен, Черчхилл потом пожалела о содеянном, увидев хозяина перед судом. Но остальные тут же выступили против нее, утверждая, что и сама она подписалась в книге. Саре пришлось вернуться к обвинениям, чтобы не оказаться в тюрьме вместе с бывшим хозяином.

ПРИГОВОРЫ И КАЗНИ

К концу мая в тюрьме томилось около ста человек, обвиненных девочками. Ждали получения Массачусетсом новой хартии, и формально судебные процессы не проводились. Самыми заметными обвиняемыми были Элизабет Кери, Марта Кэрриер и Джон Олден, уважаемый морской капитан и участник войн с индейцами. Он бежал из тюрьмы после 5 недель заключения.
В мае 1692 года прибыл новый губернатор сэр Уильям Фипс и привез хартию. Не желая в одиночку связываться с ведьмовским притоном, Фипс создал для процесса над ведьмами специальный Гласный Окончательный суд.
Первое заседание суда состоялось 2 июня. Он не тратил много времени на расследование виновности ведьм и чтение приговора. Первой на скамью подсудимых попала Бриджит Бишоп, и ее признали виновной. Председатель суда Стафтон подписал ей смертный приговор 8 июня, и через два дня ее повесили, а тело по обычаю бросили в яму на салемском холме виселиц, так как ведьмы не заслуживали христианского погребения.
Следующими судили Сюзанну Мартин, Сару Гуд и Ребекку Нурс. Мартин и Гуд приговорили сразу, а Нурс сначала оправдали. У девочек тут же начались ужасные припадки, и Стафтон встревоженно спросил у заседателей, уверены ли они в своем мнении. Заседатели посовещались и сочли Ребекку виновной. Ее друзья пытались спасти ее, подав прошение о помиловании губернатору Фипсу. Он сначала согласился, но вскоре аннулировал свой приказ.
30 июня суд приговорил Сару Уайлдс и Элизабет Хау.
Казнь Нурс, Хау, Мартин, Сары Гуд и Сары Уайлдс состоялась 19 июля. Ревностный охотник на ведьм Нойес призвал Сару Гуд покаяться, на что она ответила: "Я не больше ведьма, чем ты колдун, и если ты лишишь меня жизни, Бог заставить тебя пить собственную кровь".
Можно считать это совпадением, но Нойес умер в 1717 году предположительно от внутреннего кровоизлияния, действительно захлебнувшись своей кровью.
Всех, кроме Ребекки Нурс, оставили в яме на холме; ее тело тайно вывезла с холма семья, чтобы предать земле.
В следующую группу осужденных Гласным Окончательным судом вошли Элизабет и Джон Проктор, Джон Уиллард, Джордж Бэрроуз, Джордж Джекобс и Марта Кэрриер. 19 августа 1692 года все они, кроме Элизабет Проктор, были повешены на Висельном холме. Суд отложил казнь Элизабет Проктор из-за ее беременности, и эта отсрочка спасла ей жизнь.
В последней попытке защитить себя пастор Бэрроуз, не признавший себя виновным в колдовстве, стоя у виселицы без запинки прочитал молитву «Отче наш» (считается, что ведьма или колдун не способны произнести молитву без запинки), толпа начала требовать его освобождения, но преподобный Коттон Матер подавил волнения, а когда толпа угомонилась, приказал продолжать казнь. Как и раньше, тела сбросили в неглубокую яму, едва присыпав землей, так что рука и подбородок Бэрроуза остались открытыми...
19 сентября 1692 года к восьмидесятилетнему Джайлсу Кори, который до того уже провел в тюрьме в цепях пять месяцев (как и его жена, которую тоже обвинили в колдовстве) применена процедура peine forte ex dure. Богатый землевладелец Кори знал, что, если суд признает его виновность, его имущество отойдет короне. Он считал, что, если он не признает права суда, его нельзя будет судить и приговорить, и он таким образом сохранит имущество для сыновей. Рассерженный суд приговорил Кори к "строгой и мучительной казни". Его привезли на салемские поля, распластали на земле и положили сверху большую деревянную доску. На доску стали по одному класть камни. Через некоторое время вес стал столь велик, что у Джайлса вывалился язык изо рта. Шериф Джордж Корвин тростью запихал его обратно. На все вопросы Кори отвечал только требованием увеличить груз. На него навалилвали камней, пока его, фактически, не раздавило. Под грузом камней физически сильный старик умирал еще два дня.
Энн Патнем сочла наказание справедливым, ведь по ее словам, Джайлс согласился подписать книгу после того, как дьявол пообещал ему, что он никогда не попадет на виселицу...
9 сентября 1692 года приговариваются к виселице Марта Кори, Мэри Исти, Элис Паркер, Анна Пудеатор, Доркас Хоар и Мэри Бредбери. 17 сентября 1692 года к виселице приговариваются Маргарет Скотт, Вильмотт Редд, Самюель Вардвелл, Мэри Паркер, Эбигайль Фолкнер, Ребекка Эрнс, Мэри Лейси, Анна Фостер и Абигайль Хоббс.
Четверо из них покаялись, чтобы предотвратить казнь. Двое избежали смерти из-за беременности, одна попросту сбежала из тюрьмы. Оставшихся восьмерых — Марту Кори, Мери Исти, Элис Паркер, Энн Пудитер, Маргарет Скот, Уилмотта Редда, Сэмюэла Уордвелла и Мери Паркер повесили 22 сентября.
Тогда, в конце сентября, толпа еще не знала, что это последние казни.

КОНЕЦ БЕЗУМИЯ

По мере нарастания “ведьмовской истерии” девочки-“обвинительницы” превратились в знаменитостей колонии. К ним обращались жители окрестных городов с просьбой окинуть их поселения сверхчувственным взглядом и отыскать ведьм, повинных в различных несчастьях: болезнях, плохих урожаях и падеже скота.
Те не отказывали. В итоге больше остальных пострадал город Эндовер, который, по словам девочек, просто кишел ведьмами. Была лишь одна проблема — в чужом городке девочки не знали никого по именам, и им приходилось идентифицировать “преступников” по возникновению припадков перед воротами домов и исцелению прикосновением. Многие в городе предпочли покаяться, так как поняли, что только покаяние спасает от виселицы.
В число обвиненных девочками людей попали некоторые именитые граждане Эндовера, например, мировой судья Дадли Бредстрит, сын бывшего губернатора колонии. Вместе с ним обвинение пало и на его брата Джона. Чтобы избежать ареста, оба брата со своими женами покинули колонию.
Список обвиняемых из Эндовера включал в себя 43 человека. Также в Эндовере казнили за ведьмовство двух собак.
Оставили девочки в покое Эндовер после того, как тамошний церковный староста заявил, что в случае, если против него будет выдвинуто обвинение, он предъявит родителям девочек иск за клевету на сумму в 1000 фунтов стерлингов. Деньги были умопомрачительными, джентльмен настроен решительно, и родители девочек решили не рисковать...
Постепенно число обвинителей выросло до 50 человек, заставив даже опытных охотников за ведьмами усомниться в возможности наличия такого количества ведьм и подписавших договор с дьяволом в маленькой колонии.
Последней каплей, переполнившей чашу терпения властей штата, стали откровения Маргарет Рул. Как-то она лишилась сознания во время проповеди, которую читал Коттон Матер, из чего он заключил, что в девушку вселился дьявол. Матер “изгнал дьявола”, после чего девушка стала исправно разоблачать уцелевших в округе ведьм. По ее обвинениям, было, арестовали 52 человек, но тут Маргарет Рул указала обвиняющим перстом на президента Гарвардского университета преподобного Вилларда и жену губернатора штата Массачусетс Уильяма Фипса...
Разумеется, губернатор никому не разрешил и пальцем тронуть свою супругу. Вместо этого он призвал к себе Инкриса Матера, отца Коттона и главу Гарвардского колледжа, чтобы посоветоваться насчет бесчинств, творящихся в Салеме.
Через два дня Инкрис Матер произнес проповедь, которая вскоре была опубликована под названием "Загадки невидимого мира". В ней рассуждалось о том, что свидетельницы пересказывают посещавшие их видения, а те, скорее всего, насылаются сатаной, значит, суд, приговаривая к повешению за колдовство людей, якобы являющихся девочкам во сне, идет на поводу у дьявола, и не исключено, что повешенные были самыми настоящими праведниками... Матер, заявил, что суд не должен рассматривать в качестве доказательств «видения» жертв и что «пусть лучше десять ведьм избегут наказания, чем один невиновный будет наказан».
Священники колонии, и ранее высказывавшие сомнения в убедительности призрачных видений как улик, теперь окончательно восстали против использования их в качестве доказательств на суде. И 8 октября 1692 г. губернатор приказал не использовать «видения» как доказательства и прекратить аресты. А 29 октября губернатор Фипс распустил Гласный Окончательный суд.
Для суда над оставшимися в тюрьме обвиняемыми был учреждён Верховный суд штата Массачусеттс, действующий по настоящее время. Судебные заседания проводились не только в Салеме, но и в других местах, пострадавших от ведьм. Но видения не считались теперь доказательством причастности человека к ведьмовству. Без этой улики суд выносил практически одни оправдательные приговоры. Только троих признали виновными, и председатель суда Стафтон поспешно подписал смертные приговоры им и еще пятерым, избегнувшим казни по беременности.
Но губернатор Фипс, уставший от всей этой истории, помиловал всех восьмерых. Следующее заседание суда состоялось 25 апреля, а 9 мая суд собрался по делу о Салемских ведьмах в последний раз. Все обвиняемые были оправданы. Так закончился этот кошмарный процесс.
В мае Титубу выпустили из тюрьмы и продали в рабство, чтобы окупить расходы по ее содержанию. Маргарет Рул отправили в лечебницу для умалишенных. Остальные обвинительницы разом исцелились от своих корч.
Всего за время антиведовской истерии в тюрьме оказалось от 150 до 200 человек. Осужден был 31 человек. Из них повесили 19 человек, четверо (может, 13 - данные расходятся) умерли в тюрьме, одного задавили до смерти.

ПРИЧИНЫ И СЛЕДСТВИЯ

Преподобного Сэмюэля Пэрриса до сих пор считают одним из зачинщиков и разжигателей безумия. Он стал руководить Салемским приходом в 1689 г., не пришелся сельчанам по душе, и в октябре 1691 г. сельский сход принял решение о выдворении его из Салема и прекращении выплаты ему зарплаты. Нелюбовь к себе Пэррис рассматривал как козни Сатаны против церкви и себя лично.
А уже в январе 1692 г., через пару месяцев после этого решения, девочки, жившие в доме Пэрриса, начали вести себя странно и обвинять сельчан в колдовстве... Признаки их “недуга” полностью совпадали с описанными в книге Коттона Матера «Memorable Providences Relating to Witchcrafts and Possessions» (1689). Книга была хорошо известна в Бостоне, откуда Пэррис и приехал в Салем.
Кроме того, многие из участников и свидетелей трагедии считали, что родители Энн Патнем воспользовались выдумками дочери и ее подруг, чтоб свести счеты со всеми, кого они не любили и с кем враждовали. Оба они умерли в течение двух недель друг после друга в 1699, менее чем через 7 лет после салемского безумия. Энн осталась старшей для девяти братьев и сестер. Она никогда не выходила замуж, и посвятила жизнь своим братьям и сестрам.
В 1706 Энн Патнем, некогда с таким пылом обличавшая "возлюбленных сатаны", призналась в обмане и принесла публичные извинения за свое участие в салемской трагедии. Она оказалась единственной из семерых девочек-обвинительниц, кто решил покаяться и снять грех с души. Умерла Энн в 1716 в возрасте 37 лет.
Один из судей Сэмюэль Севелл также публично раскаялся и попросил прощения за свое участие в “охоте на ведьм”. Ежегодно после 1697 он выделял специальный день для поста и молитв о душах невинно погибших, пытаясь замолить свою вину перед ними.
Несколько присяжных заседателей также выступили с заявлениями, что они были " введены в заблуждение и ошибались" в своих суждениях.
Сэмюэль Пэррис не спешил признавать свою вину, и это все больше осложняло его отношения с деревней. Он публично покаялся только в 1694, но этого оказалось недостаточно. К 1697 году сельчанам удалось выдворить С. Пэрриса из Салема навсегда.
Решение суда 1692 года по делу салемских ведьм было признано незаконным в 1702 году. В 1711 году всех пострадавших законодательно восстановили в гражданских правах, вернули доброе имя погибшим и выплатили немалую денежную компенсацию семьям жертв салемской трагедии. В 1752 году поселок Салем переименовали в Дэнверс.
В 1992 году в память о жертвах салемской трагедии был установлен мемориал.
Со времен охоты на ведьм в Салеме прошло уже более 300 лет, но до сих пор нет единого мнения о том, что стало причиной этих событий. Вопросов возникало много, и главный из них: кто виноват? Сатана? Ведьмы? Девочки? Пуританское общество того времени? Истерия? Болезнь? Кто или что в ответе за трагедию в Салеме?
Одни исследователи уверены, что "пострадавшие девочки" находились в сговоре и намеренно лгали. Другие полагают, что обвинительницы были больны (версия о том, что девочки отравились спорыньей, содержащейся в хлебе; версия о болезни Хантингтона у некоторых девочек или об особой форме энцефалита). Большинство же склонно считать салемскую трагедию ярким проявлением массового психоза и истерии, которые случаются в маленьких замкнутых сообществах людей, попавших в невыносимые, строго лимитированные условия жизни. (Массовая истерия, по меткому определению Бехтерева, явление в психологии толпы, когда сама толпа ведет себя значительно глупее, чем отдельно взятый человек).
В новой Англии в ту пору шли активные войны с индейцами, жизнь пионеров была очень тяжелой, не хватало самого необходимого, а церковь привычно списывала проблемы глобального масштаба на ведьминские злодеяния.
Вероятно, истерия и психоз наложились на обыкновенное интригантство и подлость. Большинство обвиняемых жило на юге и было богаче обвинителей. В случае успеха, обвинители имели шанс поживиться собственностью обвиненных. Не гнушались добычей и представители власти.
Свою роль в трагедии сыграл и конфликт сельчан вокруг фигуры пастора. Те, кто поддерживал преподобного Бэрроуза, оказались среди обвиняемых. Те, кто способствовал его изгнанию и держал сторону С. Пэрриса, поддерживали обвинителей.
Что же на самом деле произошло в Салеме в 1692 году, и были ли в деревне настоящие ведьмы, практиковавшие магию, мы, наверное, уже никогда не узнаем...